Вдалеке шумят водопады;
один за другим гаснут освещенные квадратики окон в Аргентине; люди, наверное,
сидят там в баре и сплетничают за рюмкой. Они не знают, что напротив, в
Бразилии, их конкурент тоже открыл сезон. Первые капли дождя. — Пожалуй,
придется собирать манатки... Некогда рассуждать спросонья. Слышно, как падают на
бетон невидимые капли дождя. Вон из мешков, собрать где что можно и прочь
отсюда! По десятисантиметровому карнизу ходят только лунатики, но нам даже на
это рассчитывать нечего: луна взойдет лишь к утру, если вообще сумеет прорваться
сквозь тучи. По карнизу мы прошли в сумерках, должны суметь пройти и во мраке. К
счастью, можно придерживаться за недостроенную стену.' — Внизу есть комнаты три
с потолком.
Это в конце коридора, у лестницы... Мы идем ощупью в полной темноте; лестница
выдает себя тем, что мрак вокруг нее несколько разрежен, так как крыши здесь
нет. Затем несколько шагов назад вдоль стены, и мы влезаем в первую дыру —
будущую дверь. Отгребаем ногами куски битого кирпича и известки. Время для
выбора места самое неподходящее, но все равно перед сном здесь нельзя ни
прочитать газету, ни позвонить кельнеру. Хуже всего человеку приходится тогда,
когда он не видит противника. Что-то просвистело над головой. Так, будто мимо
пронесся истребитель. И вдруг сразу тучи этих непонятных «что- то». Слышно
только, как все это яростно жужжит, звонко ударяется о стены, поворачивается и
готовится к следующему налету. Мы трусливо удираем.
От невидимого неприятеля спасены только спальные мешки, все остальное брошено
на съедение тьме. Несколько истребителей еще прожужжало вокруг и вернулось на
свою базу. — Что бы это могло быть? Осы? Дикие пчелы? Но они бы столько шуму не
наделали! — Это теперь не так важно. Хуже, что нам негде спать. — Если сюда на
ночлег еще раз пожалуют такие разборчивые посетители, то предприятие вскоре
закроют. Мы меняем уже третий номер... Больше выбирать было действительно не из
чего. То, от чего мы вечером отвернули нос, стало нашим последним прибежищем.
Прогулочная веранда, которая в свое время будет, видимо, застеклена и устлана
коврами, а пока это всего лишь временный хлев, поэтому он тоже сплошь покрыт
ковром, но не очень привлекательным.
Нам не оставалось ничего другого, как расчистить местечко для спальных 262
мешков. Окончательный акт открытия отеля без речей и торжественных тостов. Утром
мы обнаружили ночного агрессора. Шершни. В углах под потолком лепилось с дюжину
их гнезд.