Бот уже третий час мы окружены лесом, безжалостно сжимающим узкую каменистую
дорогу, пересекающую глубокие поперечные долины. Он давит, душит, рвется на
самую середину дороги, а местами расщепляет ее на две светлые полоски пыли и
камней, между которыми разрастается высокая щетка колючего кустарника.
Окончательно исчезли продвинувшиеся далеко в глубь леса плантации чая, тунга,
йербы и табака. Сюда уже не отваживаются проникать даже гринго, новые поселенцы,
которых все время выгружают пароходы внизу, в портах. Стрелка высотомера
колеблется между 600 и 700 метрами. Вверх и вниз, как перпетуум-мобиле.
Каменистые склоны способны прокормить здесь бесчисленное множество
сорокаметровых тимбо, гуатамбу и лапачо, тысячи других редких и менее редких
пород деревьев.
Но простого человека с котомкой за плечами эти склоны не прокормят. Можно
выбиться из сил, выжигая лес и корчуя пни, а в результате увидеть, как первый же
ливень смел с таким трудом посаженные ряды йербы и табака.
Только непроходимая чащоба девственного леса может устоять: там ствол
подпирает ствол, сплетение лиан ведет к солнцу молодую, еще слабую поросль, как
шесты— хмель; там не видать земли, так как она покрыта плотным ковром зелени.
Строители дороги через провинцию Мисьонес не слишком утруждали себя такими
пустяками, как серпентины, пока в них не было острой необходимости. Большую
часть поперечных ложбин они пересекли напрямик, без объездов. Для шофера пустой
легковой машины с сильным двигателем не составляет никакого труда преодолевать
склоны.
На спуске чуть тормозишь первой скоростью и одновременно ножным тормозом.
Если же в следующее мгновение начинается крутой подъем, то вполне достаточно
оставить ту же первую скорость и дать полный газ. Только щетка колючек между
колеями вселяет страх при мысли, что в ней может быть скрыт острый камень. А что
же делать водителям грузовиков, перегруженных лесом? Им не останется ничего
другого, как преодолевать самые крутые склоны на буксире, в паре с пустым
грузовиком.