Граница федерального округа Рио-де-Жанейро.
Дорожная полиция.
Полицейский в форме, не говоря ни слова, открывает "татру" и принимается
перерывать содержимое кармана на дверце. Но как только он замечает на заднем
сиденье гору багажа, тут же сует нам в руки розовый бланк бразильского автоклуба
и пропускает нас в бразильский рай, в тот самый рай, который для большинства
бразильцев является столь же прекрасным, сколь и чужим, далеким и недоступным. В
эту минуту в глазке спидометра появилась цифра "918". Мы перелистали путевой
дневник: 2 896 километров от последней столицы, Асунсьона, и 5 488 километров от
предпоследней, от Буэнос-Айреса. Вдоль шоссе, один за другим, идут первые ряды
домиков предместья. Спортивный аэродром, группка чудесных вилл, бензоколонки, а
потом снова ограды, сараи и облупившиеся одноэтажные домишки. На 946-м
километре, то есть почти в тридцати километрах от границы города, у нас под
колесами застучали рельсы трамвая. Проспект Винте-э-Нове Оутубро.
Номера домов уменьшились, всего до 8 тысяч. В глазке спидометра продолжают
накручиваться цифры, а вокруг нас звенят трамваи, на перекрестках
останавливаются машины и во всех направлениях спешат тысячи людей. Служитель
'бензозаправочной станции отсчитал сдачу и вместе с мелочью протягивает нам
красиво оформленный план Рио-де-Жанейро с обозначенными на нем выездами из
города.
- Чтобы вам долго не плутать... Прошло еще полчаса, и за складскими
сооружениями вдоль набережной показались, наконец, трубы океанских пароходов. А
потом сразу, без какого-либо перехода, мы очутились в оживленнейшем центре
города, о котором было сказано и написано так много вдохновенных слов восхищения
и восторга.